«Сталину удалось одурачить весь мир». Забытый голод в России

 190429.04.2019

автор: Дмитрий Волчек

На кладбище в селе Малая Сердоба Пензенской области стоит скромный памятник: крест с надписью «Здесь покоится прах умерших от голода в СССР». С 1930 по 1934 годы в селе умер каждый четвёртый, трупы хоронили в братских могилах.

Крест был поставлен в 1992 году по инициативе сына репрессированного учителя Михаила Долгова, и это единственный в России памятник жертвам искусственного голода, возникшего из-за сталинской политики коллективизации. Число жертв Голодомора оценивается в 9,4 млн человек. В Украине погибли 4 миллиона, в России – 2,5 миллиона, в Казахстане – 1,5 миллиона, в Беларуси – 1,5 миллиона.

Макет памятника жертвам голода (скульптор: Эрнст Неизвестный)

Американская писательница Кэтлин Витковски-Тарр 12 раз приезжала в Россию. Её интересует жизнь крестьян при советской власти, голод и репрессии. В поездках её сопровождала съемочная группа документального фильма «Большая ложь». Живущий в Нью-Йорке режиссёр Игорь Рунов заинтересовался ролью США в трагических событиях начала 30-х годов. Тогда пораженная Великой депрессией Америка продавала Сталину оборудование для заводов и получала деньги, вырученные от продажи отобранного у советских крестьян зерна. О том, что в СССР умирают крестьяне, на Западе не знали. Московский корреспондент «Нью-Йорк Таймс» Уолтер Дюранти, лауреат Пулитцеровской премии, тайно работал на Сталина и использовал своё влияние, чтобы дискредитировать сообщения о том, что происходит катастрофа таких масштабов. В частности, во многом благодаря этим репортажам, президент США Рузвельт, по его собственному признанию, пошёл на установление дипломатических отношений с СССР. В феврале 2019 года состоялась премьера фильма «Мистер Джонс», в котором рассказано о конфликте Дюранти и британского журналиста Гарета Джонса, ставшего свидетелем Голодомора.

Памятник жертвам голода в Пензенской области

«Стратегия „Большой лжи“ была сформулирована Гитлером в „Майн Кампф“, но впервые применена на практике Сталиным для того, чтобы скрыть последствия чудовищного рукотворного голода в Советском Союзе в начале 30-х годов. Главная героиня фильма „Большая ложь“ едет в сегодняшнюю Россию. Путешествуя по стране, она встречается с последними выжившими свидетелями Голодомора. Со временем она понимает, что начатая большевиками сто лет назад война с собственным крестьянством ещё не окончена. Для неё становится очевидной та двойственная роль, которую сыграли американские СМИ и бизнес в начале 30-х годов в Советской России. Но ещё более удивительной становится для неё связь тех давних событий с атмосферой тотального недоверия и вранья, которая стала привычной в нашем „мире, пережившем правду“», – рассказывают авторы фильма «Большая ложь».

Режиссер Игорь Рунов в советские времена работал во Внешторге и МИДе, ушёл с государственной службы в 1991 году, после чего работал в различных международных организациях, окончил киноакадемию в Нью-Йорке. «Большая ложь» – его третий документальный фильм – в 2019 году будет показан на нескольких фестивалях. Средства от проката режиссер хочет направить на строительство памятника жертвам Голодомора в России. Анна Грэм, вдова скульптора Эрнста Неизвестного, дала согласие использовать для этой цели одну из задуманных им, но не завершенных работ.

О фильме «Большая ложь» Игорь Рунов рассказал Радио Свобода

Игорь Рунов

 Почему вы решили собрать средства на памятник и как договорились с наследниками Эрнста Неизвестного?

– Идея возникла, когда уже фильм завершался, в конце прошлого года. Я узнал, к своему удивлению, что на сегодняшний день в одиннадцати странах создано четырнадцать мемориалов, посвященных жертвам Великого голода 30-х годов.

 Даже в Австралии!

– Даже в Австралии, представляете? На Сардинии стоит памятник. А в России до сих пор не существует ни одного мемориала жертвам Голодомора. Сама эта тема оказалась заложницей сложных политических отношений с Украиной. Хотя ещё в 2003 году 58-я сессия Генеральной Ассамблеи ООН единогласно, включая Россию и Украину, приняла совместное заявление по этому вопросу. А если уж и делить погибших по национальному признаку, то из 10 миллионов около трёх миллионов было русских. И неизвестно, сколько русских погибло в Украине, в Казахстане, в Белоруссии. Кстати говоря, во всех этих странах чтут память погибших и созданы соответствующие мемориалы. Поэтому и возникла идея создать такой памятник в России, чтобы привлечь внимание людей к этой трагической странице российской истории. Я обратился к Анне Грэм, вдове знаменитого скульптора Эрнста Неизвестного – автора многих мемориалов в память о жертвах политических репрессий в СССР. К моей радости, она сразу согласилась предоставить для этих целей один из существующих гипсовых макетов, который остался нереализованным и который эмоционально и стилистически очень соответствует этой теме.

– А где памятник должен стоять в России?

– Думаю, рано или поздно мемориалы жертвам Голодомора должны быть возведены во всех районах, которые пострадали в те годы от «ускоренной» коллективизации. В частности, в Краснодаре, Ставрополе, Ростове, Поволжье и других районах. Убеждён, что погибшие от голода 30-х годов должны быть приравнены к жертвам политических репрессий. Надеюсь, что идея создания такого мемориала получит поддержку в России – в том числе и через наш фильм – со стороны населения этих регионов, общественных организаций.

– Вы пишете, что идеей фильма обязаны Александру Николаевичу Яковлеву…

– Да, мы с ним говорили на эту тему в конце 90-х, когда фонд «Демократия», который он возглавлял, опубликовал рассекреченные архивы о свёртывании «новой экономической политики (НЭП)». А познакомился я с ним задолго до этого, поскольку он с моим отцом стажировался в Америке на излёте хрущевской оттепели. А более тесно мы общались с ним в конце 70-х годов, когда он был послом СССР в Канаде, а я готовил кандидатскую диссертацию по канадо-американским отношениям. Уже после его смерти, в 2011 году Фонд издал трёхтомник «Голод в СССР», где были приведены документальные данные о масштабах этой трагедии и о том, как она была организована Сталиным и его командой.

– Вы во время съёмок часто встречали людей, которые помнят голод?

– Двое из моих героев рассказывают о личных впечатлениях, которые сохранились в их памяти о событиях тех лет. Но учитывая, что речь идёт о событиях 1931–33 годов, очевидно, что таких свидетелей становится всё меньше. Это была одна из основных причин, почему мы торопились со съёмками.

Свидетельница голода 30-х в фильме «Большая ложь»

– В фильме говорится о том, что начатая большевиками сто лет назад война с крестьянством ещё не окончена. Как сегодня эта война ведётся?

– Недавно я прочёл воспоминания А. Н. Яковлева, в которых приводится датированное 2001 годом его письмо в адрес Президента В. В. Путина. В нём он предупреждал об опасности полагаться целиком на индустриальные, форсированные методы увеличения сельскохозяйственного производства в ущерб крестьянству и мелким производителям. К сожалению, сегодня все его предсказания начинают сбываться. На сегодняшний день получателями 90 % всех госкредитов стали два десятка крупнейших агропромышленных семейных холдингов. В этих условиях на поддержку мелких производителей денег почти не остаётся. И здесь уместно вспомнить знаменитые столыпинские реформы начала 20-го века, которые завершили растянувшееся на полвека освобождение крестьян от крепостного права. Они основывались на гарантированном предоставлении дешёвых кредитов мелким производителям на приобретение сельхозтехники и гарантированную закупку у них полученной продукции. В результате за какие-то пять лет жизнь в деревне ожила, а Россия вышла на лидерские позиции в производстве основных сельхозпродуктов. Сегодня главная проблема состоит в том, что за большевистскими лозунгами наращивания индустриального сельхозпроизводства вне рамок государственного внимания оказываются крестьяне, которые лишаются возможности работать на земле. Сторонники такого подхода часто кивают на опыт США и Европы. Но там эти процессы заняли десятилетия. При этом львиная доля государственных расходов выделялась на поддержку и трудоустройство именно мелких товаропроизводителей, о которых в России сегодня совершенно забыли. Чтобы в этом убедиться, достаточно выехать за пределы Московской области.

– Замысел Сталина, который затеял войну с крестьянством, был понятен. А чего хочет от крестьян нынешняя власть?

– Если Сталину нужно было в классовых интересах накормить растущий пролетариат, то сейчас речь идёт о том, чтобы довольными остались жители городов, мегаполисов – главный электорат. И хотя из-за санкций кредитов России не дают – как и в начале 30-х годов, – но пока поступлений от нефти и газа хватает, чтобы оплатить импорт «дорогой» еды. А «дешёвую» еду в состоянии обеспечить те самые агропромышленные комплексы. Таким образом, отвечая на ваш вопрос – нынешней власти от крестьян ничего не нужно. Как и сами они не нужны.

– Вы снимали в Псковской, Архангельской, Пензенской областях. Опустошение сельских районов потрясает?

– Речь идёт даже не об опустошении. Буквально выгорают целые деревни – часто вместе с оставшимися беспомощными обитателями. Это особенно часто происходит весной, когда по традиции на селе идёт «пал» – жгут прошлогоднюю траву. Об этом у нас рассказывает Архип, молодой человек из Псковской губернии – некогда одной из самых богатых на севере России.

«Пал» на Псковщине

Символика огня в фильме неслучайна. Слово «холокост» в словаре Вебстера толкуется как массовое истребление людей. Но есть и иное, первоначальное значение этого слова. В переводе с древнегреческого языка оно означает жертвоприношение, «подношение богам путём его сжигания» на алтаре.

Не всё вошло в фильм, были и чисто кафкианские картины. Запомнился «дом с привидениями» на территории одной из пришедших в запустение дворянских усадеб на Псковщине. Когда я стал допытываться, мне объяснили, что там живёт два десятка бомжей. Это ночные существа, их редко видят, так как наружу они выходят только по ночам – размяться, добыть еду…

– В фильме есть замечательный монолог 94-летней старушки, которая говорит, что немцы молились в церкви, ни одного кирпича не тронули, а пришли наши и церковь разобрали. И вывод делает в конце, что, если сейчас будет война, так наши друг друга перебьют.

– Верно, мне тоже нравится этот выстраданный и оплаченный всей её жизнью монолог бабы Кати – так её все звали в деревне. К нашему большому сожаленью, она умерла вскоре после съёмок. В фильме она рассуждает не только о религии, но и о характерных для того времени доносах и предательстве. Баба Катя не была знакома с поэзией Беллы Ахмадулиной, но ей была хорошо знакома «к предательству таинственная страсть» хомо советикус. Эти строчки, как вы помните, послужили названием последнего автобиографического романа Василия Аксенова.

Кэтлин Витковски-Тарр

 Как вы познакомились с вашей главной героиней, писательницей Кэти Витковски-Тарр?

– С Кэти я познакомился в начале 90-х годов. Журналист по образованию, Кэти работала в то время вице-президентом Торговой палаты Аляски, и мы вместе готовили первый «десант» американского бизнеса на советский Дальний Восток. Позже она вернулась к своей основной профессии и решила написать книгу о России. Узнав об этом, я подумал, что интересно было бы объединить эти две темы – сталинских репрессий, Голодомора и того, как Сталину удалось одурачить весь мир, включая Америку, скрыть это преступление. И Аляска могла послужить интересной отправной точкой такого анализа. Ведь решение о её продаже Америке было продиктовано не только политическими причинами, но и необходимостью привлечения капиталов в индустриальное развитие России. А вырученные от продажи деньги пошли на строительство железных дорог. 70 лет спустя Сталин проблему ускоренной индустриализации решил более понятным для него людоедским способом. Отобранное у крестьян зерно он потратил на закупку в Америке полутора тысяч промышленных предприятий. В 2008 году Дума приняла резолюцию, где говорится о том, что и поныне эти заводы и фабрики могут служить своеобразным памятником жертвам Голодомора.

– Довольно циничное замечание.

Афиша документального фильма «Большая ложь»

– Да, в этом плане мы в СССР прошли хорошую школу. Но что меня поразило: первыми сталинскую «Большую ложь» подхватила именно американская газета «Нью-Йорк Таймс» и её московский корреспондент Уолтер Дюранти, объявивший просочившиеся данные о голоде «злостной клеветой» на Сталина и его стратегический гений. Не менее наивно звучат сегодня и рассуждения о том, что это была якобы «неизбежная плата» за победу в Великой Отечественной войне, за выкованный в те годы «щит родины». Что же это за «щит», который не защитил жизни 42 млн советских граждан, погибших в эту войну? Эти цифры прозвучали с трибуны Думы два года назад. На 15 млн человек больше, чем нам внушали последние 40 лет.

– Ваша героиня удивляется безразличию, с которым российское общество принимает эту «Большую ложь». Вы родились в Советском Союзе, и, наверное, вас это не очень удивляет.

– К этому невозможно привыкнуть, хотя способы борьбы с правдой становятся все более изощрёнными. Запущенная Сталиным в 30-е годы «Большая ложь» привела к появлению «Мира, пережившего правду» (Post Truth World). И на этой почве лидеры России и Америки похоже нашли общий язык. Что касается последних данных о потерях в войне, то нашлись всего два русских интеллигента, писателя, которые не смогли смолчать – Виктор Ерофеев и Даниил Гранин. В одной из последних своих статей фронтовик Гранин написал: «Что такое 42 млн погибших? Это не цифра. Это одиночество». И рядом с «Бессмертным полком» я бы предложил создать «Забытый полк», записав туда 15 миллионов человек, незаслуженно забытых и вычеркнутых из памяти государства.

– Сейчас уже никто ничему не верит. Лавина противоречивой информации о советской истории порождает всевозможные мифы, и растёт число обожателей Сталина. Уже до 70 % дошло, если верить последнему опросу «Левада-центра».

– По тем же опросам, более половины нынешних двадцатилетних ничего не знают о сталинских репрессиях. Плюс поток «Большой лжи», мифологизация советского прошлого… Тем острее необходимость создания правдивых фильмов, книг о том времени. К числу таких работ относится недавно вышедший и вошедший в шорт-лист Оскара фильм Марианны Яровской «Женщины ГУЛАГа» (она была исполнительным продюсером на нашем фильме). Небывалый резонанс в Интернете вызвал на днях фильм Юрия Дудя «Колыма – родина нашего страха», набравший в YouTube более 4 миллионов просмотров за несколько дней. Значит, не всё ещё потеряно. И надеюсь, не за горами время, когда с витрин и полок магазинов исчезнут бюсты Сталина – типа того, что я недавно купил в магазине Duty Free в московском аэропорту Внуково. Помню, я тогда подумал: а что, если бы кто-то попытался в Берлинском аэропорту продавать бюст Гитлера?

– Зайдите в Москве в книжный магазин, и вы найдёте сотни книг, посвящённых оправданию Сталина и полных бредовых вымыслов: что Катыни не было, репрессий не было…

– Сегодняшняя ситуация мне напоминает Германию 70–80-х годов, когда послевоенная денацификация столкнулась с псевдопатриотической волной. Окончательный перелом наступил в 80-е годы в результате общественной дискуссии, получившей название «Спор историков». Примечательно, что толчком к нему послужил телесериал «Холокост» с Мерил Стрип в главной роли. При всей разнице ситуаций и исторического контекста думаю, что и российскому обществу предстоит пройти похожий путь. Он должен завершиться окончательным законодательным осуждением Сталина и коммунистической идеологии, признанием обществом ответственности за всё, что произошло со страной в ХХ веке.

– Есть опыт Украины, когда после «революции достоинства» запретили компартию, приравняли советскую и нацистскую символику, скинули памятники Ленину, открыли архивы спецслужб, в том числе и о том, что происходило во время Голодомора.

– Совершенно верно. Без этих шагов в направлении свободомыслия и освобождения от страха невозможно движение вперёд. И никакая очередная большая ложь «во спасение» не должна послужить здесь препятствием. Этого требует от нас память о жертвах сталинского режима и коммунистической утопии. Пепел миллионов людей, сгоревших в огне Голодомора, стучит в сердцах живущих.

Опубликовано на сайте «Радио Свобода» 26.04.2019

 Поділитися

Вас може зацікавити

Події

Гестапо + НКВД: совместные предприятия чекистов и нацистов

Події

Радянські репресії проти литовських партизан можуть вважатися геноцидом. ХПГ-інформ

Спогади

Слідчий Кольчик. Василь Овсієнко, лауреат премії ім. В. Стуса

Події

«Сховала харчі на видному місці». Голодомор у долях дисидентів. Юлія Рацибарська

Події

«Голос українських політв’язнів»: правозахисниці з Луганщини Надії Світличній мало б виповнитись 85. Наталя Жукова

Події

Ты помнишь, товарищ, как вместе (сражались?). Эммануил (Амик) Диамант

Події

Помер Зіновій Антонюк

Події

Огляд історії дисидентського руху. Лекція Євгена Захарова

Дослідження

Стус без шансу на захист: ведмежа послуга Медведчука. Роман Титикало, Ілля Костін

Спогади

Помер Михайло Хейфец

Спогади

ХЛОПЦІ, ЩО ВІДКРИЛИ НАГОТУ КОРОЛЯ. Олекса Різників

Події

60 років з дня арешту Олекси Різниківа

Події

Серце, самогубство чи вбивство? Як загинув Василь Стус. Василь Овсієнко

Спогади

О Ларисе Богораз. Евгений Захаров

Dissidents / Ukrainian National Movement

RIZNYKIV (RIZNYCHENKO) Olexa Serhiyovych. Vasyl Ovsiyenko

Дослідження

Єврейське питання в УРСР у добу «застою»: боротьба за право вшанування місць масової загибелі євреїв під час Другої світової війни. Кирило Каштанов

Спогади

Нащадок роду Чубинських (До 30-річчя трагічного відходу Володимира Чубинського). Сергій Цушко

Дослідження

Визнання Голодомору геноцидом: міжнародні конвенції, договори та судові рішення (висновки Лемкіна підтверджуються). Богдан А. Футей

Дослідження

Тези виступу на Міжнародному форумі до 85-х роковин Голодомору «Україна пам’ятає – світ визнає!». Євген Захаров

Дослідження

Тема Голодомору в осмисленні Рафаєла Лемкіна, у порівняльних ґеноцидах, та у заходах їх запобіганню. Роман Сербин

MENU